Избранные места из моего перевода книги "Люди Путина".

[dorvalois]

Предисловие переводчика.

На сегодняшний день отредактировано 25 страниц из 700+ Переведено больше 50 за пару часов работы вчера. Редактуру я делал между делом и ужином с новым вином. От Пьера Ришара. Может ещё скажу о нём пару слов.




В принципе, если я серьёзно займусь этим, то до нового года или, на крайняк, в первых числах 2022 года перевод будет закончен.

Он же идёт без всяких этих картинок - это тут я их вставляю ради привлечения читателей и не корысти ради, а токмо влекомый дезиром хорошо делать свой и без того лучший на канащине блог.

===================

С тех пор как Пугачев покинул Россию, Кремль преследовал его. В его доме во Франции ему угрожали громилы, посланные ликвидатором Межпромбанка. Трое членов московской мафиозной группировки вывезли его на яхте у берегов Ниццы и потребовали заплатить 350 миллионов долларов, чтобы гарантировать "безопасность" его семьи.


Есть документальные свидетельства того, что похитители говорили ему, что такова "цена мирового соглашения", выкуп за то, чтобы российское уголовное дело против него по банкротству "Межпрома" было прекращено. [4] - Цифры свидетельствуют о документах, очень жлинный список их приведен в конце книги. Я пока ещё не решил, что с ними делать: переводить или оставить в прежнем виде. Но до конца ещё далеко.

В судах Великобритании Пугачев бился, как рыба об лёд, не умея работать по незнакомым правилам и процедурам. Он слишком привык к закулисным сделкам своего кремлевского прошлого, наловчился проскальзывать сквозь сеть правил и норм благодаря своему положению и власти. Он только навредил себе. Убежденный в справедливости своего положения, в том, что стал жертвой последнего захвата кремлевских активов, банкир считал себя выше правил британских судов. Не выполнял судебные предписания, связанные с замораживанием активов, и потратил миллионы фунтов стерлинга со счета, скрытого от британского суда.


Он считал, что правила раскрытия информации были ниже его достоинства, мелочью по сравнению с бедствиями, постигшими его бизнес-империю, и не более чем частью кремлевской кампании, преследующей и подстерегающей его на каждом шагу. Кремль, однако, стал искусным в преследовании своих врагов через судебную систему Великобритании, а его пиар-машина была заточена на то, чтобы заполнить страницы британских таблоидов обвинениями российского олигарха в краже национальных богатств.





Кремль научился ориентироваться в судебной системе Великобритании во время победы над Борисом Березовским, олигархом в изгнании, который стал самым яростным критиком Путина, в деле, которое, казалось, перевернуло историю России. Березовский был тем самым говорящим скороговоркой инсайдером Кремля, который неудачно пытался отсудить у своего бывшего делового партнера Романа Абрамовича, близкого союзника Кремля, 6,5 миллиардов долларов в Высоком суде Лондона. Судья, рассматривавшая дело, Дама Элизабет Глостер, не приняла во внимание заявление Березовского о том, что он совместно с Абрамовичем владел одной из крупнейших российских нефтяных компаний "Сибнефть" и долей в "Русале", крупнейшем российском алюминиевом гиганте, и что Абрамович вынудил его продать свои доли по заниженной цене.

Хотя Березовский был признан в России как владелец этих концернов, судья Глостер заявила, что считает его "изначально ненадежным свидетелем", [5] и встала на сторону Абрамовича, который утверждал, что Березовский никогда не владел этими активами, а просто получал деньги за политическое покровительство. Позже выяснилось, что пасынку судьи Глостер было заплачено около 500 000 фунтов стерлингов за представление интересов Абрамовича на ранних стадиях дела. Адвокаты Березовского утверждали, что его участие было более масштабным, чем было раскрыто. [6]




Кремль отполировал ведение своих операций в судебной системе Великобритании, преследуя Мухтара Аблязова, казахского миллиардера, оказавшегося самым большим политическим врагом президента Казахстана, ключевого союзника Кремля, Нурсултана Назарбаева. Аблязова преследовало российское государственное Агентство по страхованию вкладов, обвинившее его в хищении более 4 миллиардов долларов из казахского БТА Банка, имевшего филиалы по всей России, председателем совета директоров которого он был. Российское агентство наняло команду юристов из ведущей лондонской юридической фирмы Hogan Lovells, которые возбудили против Аблязова одиннадцать гражданских исков о мошенничестве в Великобритании, а также выдали ордер на замораживание его активов. Частные детективы проследили, как 4 миллиарда долларов были выведены в сеть оффшорных компаний, контролируемых казахским магнатом. [7]




Но в деле Пугачева не было обнаружено никаких украденных или скрытых активов. Ни в Великобритании, ни где-либо еще за пределами России не было подано ни одного заявления о мошенничестве. Вместо этого, основываясь только на решении российского суда, та же команда из Hogan Lovells выиграла постановление о замораживании активов Пугачева и умело обвела его вокруг пальца, пока он терзался множеством судебных постановлений, направленных в его адрес. Его допрашивали по поводу раскрытия информации об активах и уличили в даче ложных показаний по поводу того, кто продал угольный бизнес - он сам или его сын. Судье было не важно, что продажа была проведена по цене, составляющей менее одной двадцатой от реальной стоимости бизнеса. Важно было то, соблюдал ли он процедуру и задекларировал ли все активы, которые оставались под его контролем. Пугачева заставили отдать суду свои паспорта и запретили покидать Великобританию во время длительного периода допросов по поводу раскрытия его активов, в то время как юристы Кремля умело затягивали юридическую удавку на его шее сеть. Он менял адвокатов, одни из которых вставали в тупик перед делом, прецедента которому по сути не было в Великобритании, а другие рассматривали своего клиента как кошелёк, из которого легко поживиться. Избалованные наплывом российских дел, за которые московские магнаты готовы были платить самые высокие цены, чтобы их передали в Высокий суд Лондона, юридические фирмы вздували счета за свою работу, которая, как показывают документы, так и не была выполнена, до астрономических сумм. Пиар-фирмы предлагали защищать имидж Пугачева за 100 000 фунтов стерлингов в месяц. «Он теперь на нашей территории», - сказал один из партнеров международной юридической фирмы, представляющей его интересы.


Сначала Пугачев считал, что охоту на него начали какие-то отвязные участники противоборства «кремлевских башен», желающие экспроприировать его бизнес-империю. Но по мере расширения кампании, когда Пугачев начал опасаться за свою физическую безопасность, он убедился, что делом руководит сам Путин. 'Как он мог так поступить со мной? Я даже сделал его президентом", - сказал он в тот вечер, сидя на кухне в своем Челси, все еще потрясенный визитом СО15 и находкой найденными под его машинами подозрительных устройств. [8] Один его бывший друг, присланный Кремлем в Лондон, сказал Пугачёву, что Путин лично контролирует каждый шаг кампании против него, предупредив: "У нас тут всё схвачено, все под контролем".

Пугачев давно заметил растущее влияние кремлевских денег в Лондоне. По его словам, задолго до начала юридической атаки он встречался с целым рядом английских лордов, которые охали, пожимали ему руку и говорили, каким великим они считают Путина. В те дни они считали Пугачева "банкиром Путина", и так его называла тогда пресса, но все равно без всяких вопросов и раздумий просили его сделать пожертвование в пользу Консервативной партии. Все его бывшие друзья из Кремля имели в Лондонграде родственников и любовниц, которых они навещали по выходным, соря по всему городу бешеными деньгами. Бывшая жена Сечина, Марина, имела здесь дом со своей дочерью. Игорю Шувалову, заместителю премьер-министра, принадлежала самая престижная квартира в городе, пентхаус с видом на Трафальгарскую площадь. Сыновья Аркадия Ротенберга, миллиардера, бывшего партнера Путина по дзюдо, посещали одну из самых престижных частных школ страны, в то время как его бывшая жена Наталья набивала себе цену Высоком суде Лондона во время бракоразводного процесса. Здесь же обосновался и вице-спикер Государственной Думы, один из самых ярых патриотов России Сергей Железняк, который долгое время выступал против влияния Запада, в то время как его дочь Анастасия уже много лет жила в Лондоне. Список чиновников, проживающих в Лондоне, бесконечен, говорит Пугачев. 'Они очень хорошо устроились на этом маленьком острове с ужасной погодой', - в сердцах проронил он. В Великобритании главным всегда были деньги. Путин послал своих агентов, чтобы коррумпировать британскую элиту".
Город уже привык к потоку русских денег. Цены на недвижимость резко выросли, поскольку сначала магнаты, а затем российские чиновники скупали элитные особняки в Найтсбридже, Кенсингтоне и Белгравии. Череда размещений российских акций, возглавляемых государственными компаниями "Роснефть", Сбербанк и ВТБ, помогла оплатить аренду и зарплату в офисах богатых лондонских пиар компаний и юридических фирм. Лордам и бывшим политикам платили щедрые зарплаты за работу в советах директоров российских компаний, хотя они практически не контролировали их дела. Влияние России было повсюду.



Александр Лебедев, бывший офицер КГБ и банкир, позиционировавший себя как защитник свободной прессы в России, приобрел самую читаемую и влиятельную ежедневную лондонскую газету Evening Standard и стал постоянным гостем на столичных званых вечерах и в списках самых желанных приглашений на ужин. Другим был Дмитрий Фирташ, украинский магнат, ставший любимым газовым трейдером Кремля. Несмотря на свои связи с крупным российским мафиози, разыскиваемым ФБР, Семеном Могилевичем, Фирташ стал миллиардным донором Кембриджского университета.




Его главный лондонский приспешник Роберт Шетлер-Джонс пожертвовал миллионы фунтов консервативной партии, а влиятельные партийные получатели грантов входили в совет Британского украинского общества Фирташа. Были и другие, менее заметные игроки. По крайней мере, один из них проскользнул проскочил мимо внимания прессы и стал близким другом Бориса Джонсона, тогдашнего мэра Лондона, верхушки элиты Тори. 'Все привыкли, что в фильмах шпионы носят темные очки и выглядят подозрительно', - говорит Пугачев. Но здесь они повсюду. Они выглядят нормально. Их не видно".

В суматохе бегства из Великобритании во Францию Пугачев оставил после себя ряд приметных следов. Детективы, работающие на адвокатов Кремля, совершили обыск его офиса в Найтсбридже, сертифицированный решением суда и принятый через несколько дней после его исчезновения. Среди кип документов было несколько дисковых накопителей. На одном из дисков были записи: российские спецслужбы тайно записывали каждую встречу, которую он проводил в своем офисе в центре Москвы с конца девяностых годов.
Одна из записей ярко документирует откровенные и горькие чувства Пугачева к Путину и его собственную роль в приведении его к власти. На записи Пугачев сидит в своем кабинете с Валентином Юмашевым, зятем и руководителем аппарата бывшего президента Бориса Ельцина, и обсуждает за ужином с изысканным вином напряженное положение дел в Москве, переживающей очередной политический кризис. Был ноябрь 2007 года, и оставалось всего несколько месяцев до окончания второго президентского срока Путина, после чего, согласно конституции России, он должен был уйти в отставку. Но хотя Путин и делал туманные заявления о том, что после ухода с поста президента он может стать премьер-министром, о его реальных намерениях пока не было ни слуху ни духу. В коридорах Кремля, похожих на военные, бывшие сотрудники КГБ и спецслужб, поднявшиеся к власти вместе с Путиным, боролись за место, препираясь и нанося друг другу удары в надежде, что именно они или их кандидат будут выбраны в качестве его преемника.
Пугачев и Юмашев тихо позвякивали бокалами, обсуждая это противостояние. Неопределенность в вопросе кто станет преемником навевала сильные воспоминания о 1999 годе, когда они помогали Путину подняться. Им казалось, что это было сто лет назад. Сейчас их затмили союзники Путина по КГБ из Санкт-Петербурга. Теперь они были почти реликтами совершенно другой эпохи. Система власти безвозвратно изменилась, а они все еще пытались понять, что натворили.
«Вы помните, как это было, когда он пришел к власти?» - говорит Пугачев на пленке. Он говорил: «Я всего лишь менеджер. Меня наняли. В те дни Путин не хотел брать на себя ведущую роль и казался податливым и уступчивым тем, кто помог ему прийти к власти. Между нами говоря, вначале, я думаю, у него была идея стать богатым, жить счастливо, решать свои личные вопросы", - продолжает Пугачев. И в принципе, он эти вопросы решал очень быстро... Но когда прошло четыре года его первого срока, он понял, что произошло то, что никогда не позволит ему уйти с поста".
Первый срок Путина был пропитан кровью и противоречиями. Он привел к радикальным преобразованиям в управлении страной. Он столкнулся с серией смертоносных террористических атак, включая осаду театра на Дубровке в Москве чеченскими террористами в октябре 2002 года. Захват заложников закончился гибелью более ста человек, когда российские службы безопасности не справились со штурмом театра и отравляли газом тех самых зрителей, которых они пытались освободить.
Бои Путина с повстанцами из неспокойной республики Чечня на Северном Кавказе привели к гибели тысяч людей, в том числе к гибели 294 человек в результате серии взрывов жилых домов. Многие в Москве шептались, что за этими кровавыми нападениями стоят путинские службы безопасности, и не в последнюю очередь потому, что в итоге это привело к ограничению безопасности, что укрепило его власть.
Независимые олигархи 1990-х годов вскоре были взяты под контроль. Путину и его людям понадобилось всего одно громкое дело против самого богатого человека страны, чтобы покончить с рыночными свободами ельцинской эпохи и начать поглощение государства.
«Он бы с радостью ушел через четыре года, я думаю», - продолжает Пугачев. Но потом произошли все эти противоречия. С Западом сейчас такое серьезное противостояние, что это почти кубинский ракетный кризис. И сейчас он зашел еще глубже... Он понимает, что если так пойдет дальше, то он уже никогда не выберется».
Как для Путина, так и для Пугачёва, выстроенная первым конструкция управления, в которой президент накопил столько власти, что теперь все зависит от него, выглядела прямо противоположной стабильности. «Это пирамида. Достаточно один раз стукнуть по ней, и все рухнет... Он все это понимает, но не может изменить себя».
«У меня нет ощущения, что он что-то в этом понимает", - говорит Юмашев. «Было бы странно, если бы он сказал, что все, что я сделал, было сдено через задницу», - добавляет Пугачев. «Многие из его решений основаны на его убеждениях о том, как устроен мир. Тема патриотизма - он искренне в неё верит. Когда он говорит, что распад Советского Союза был трагедией, он искренне в это верит... У него просто такие ценности. Все, что он делает, он делает искренне. Он искренне совершает ошибки».
Путин часто оправдывал свою консолидацию всех рычагов власти, включая отмену выборов губернаторов и подчинение судебной системы под diktat Кремля, тем, что такие меры были необходимы для того, чтобы начать новую эру стабильности, покончить с хаосом и коллапсом 1990-х годов. Но за патриотическим биением в грудь, которое, на первый взгляд, определяло большинство решений, скрывался другой, более тревожный фактор. Путин и люди из КГБ, которые управляли экономикой через сеть верных союзников, теперь монополизировали власть и ввели новую систему, в которой государственные должности использовались как средство для собственного обогащения. Это было далеко от анти-капиталистических, антибуржуазных принципов советского государства, которому они когда-то служили.
«Эти люди - мутанты, - говорит Пугачев. - Они являют собой смесь homo-soveticus с дикими капиталистами последних двадцати лет. Они слишком много украли, чтобы набить свои карманы. Все их семьи живут где-нибудь в Лондоне. Но когда они говорят, что им нужно раздавить кого-то во имя патриотизма, они говорят это искренне. Просто если их цель - Лондон, они сначала вывезут свои семьи".




«Я думаю, это ужасно, - говорит Юмашев. Некоторые из моих друзей, работающих в Кремле, сейчас абсолютно искренне говорят, что как здорово, что они могут сейчас разбогатеть. В девяностые годы это было неприемлемо. Нужно было либо идти в бизнес, либо работать на страну. Теперь они идут и работают на государство, чтобы заработать деньги. Министры раздают лицензии, чтобы заработать деньги. И, конечно, все это исходит от начальника... Первый разговор [Путина] с новым госслужащим: "Вот тебе бизнес. Делись им только со мной. Если кто-то на тебя нападет, я буду тебя защищать... а если ты не будешь [использовать свое положение как бизнес], то ты идиот".
«Путин сам об этом сказал, - говорит Пугачев. - Открыто. Помню, мы с ним разговаривали. Он сказал: "Чего этот парень ждет? Почему он не зарабатывает? Чего он ждет? У него есть должность. Пусть сам зарабатывает деньги для себя». Сейчас они похожи на людей, которые напились крови, но не могут остановиться. Сейчас бизнесмены — это государственные чиновники».
«Настоящих бизнесменов осталось очень мало», - соглашается Юмашев, грустно качая головой. 'Атмосфера... Атмосфера очень сильно изменилась в стране. Воздух изменился. Душно стало. Удушливый климат».
Оба мужчины вздыхают. Все изменилось - кроме их способности идеализировать свои роли. «Что было хорошо в девяностых, так это то, что не было лжи», - продолжает Юмашев.
«Абсолютно, - говорит Пугачев. Для меня всю жизнь правда была равнозначна свободе. Я зарабатывал деньги не для богатства, а для свободы. Сколько ты можешь потратить? Пока хватает на две пары джинсов, все нормально. Но определенная независимость дала мне одну вещь: мне не нужно стало лгать».
Этим двум мужчинам показалось, что президента окружили подхалимы, каждый из которых произносил длинные тосты за Путина, говоря, что он послан Богом для спасения страны, а они преданно ему служат. Однако Пугачеву казалось, что эти люди видят глубокое лицемерие системы, мнимую демократию, представляемую управляемой Кремлем партией "Единая Россия", и понимают, насколько глубоко она коррумпирована.
'Посмотрите на людей из окружения В.В. Путина, которые говорят: "Владимир Владимирович, вы гений! продолжает Пугачев. 'Я смотрю на них - а они ни во что не верят. Они понимают, что это все чушь. Что "Единая Россия" - дерьмо, выборы - дерьмо, президент - дерьмо. Но они все это понимают, а потом выходят на сцену и говорят, как все замечательно. И все тосты, которые они произносят, - сплошная ложь. Они могут сидеть и рассказывать... ерунду о том, что они всегда были вместе, с тех пор, как сидели на школьной скамье. Но в то же время парни, сидящие в соседнем офисе, говорят: "Как только он выйдет, давайте его прикончим". В этом есть такой цинизм. Я не думаю, что они чувствуют себя комфортно. Те, у кого есть власть... Мне их жаль. Они воруют со всех сторон, а потом выходят и говорят о том, как Путин борется с коррупцией. Я смотрю на них и думаю: это конец. Мне их жалко... В.В. всегда спрашивал: "Что это за слово, начинающееся на "с"? Совесть - совесть". У них нет рецепторов для этого. Они не понимают этого.