По мнению экспертов, Израиль может утверждать, что его действия не нарушили международное право, защищающее дипломатические миссии.

Дисклеймер переводчика. Я не защищаю эту точку зрения. Вообще никаких точек не защищаю. И кочек neither. Просто доношу до вас.

^{Последствия удара по посольскому комплексу Ирана в Дамаске, Сирия.}

By Amanda Taub. Reporting from London. April 2, 2024

Израиль разбомбил здание, входившее в комплекс посольства Ирана в Дамаске, убив семь человек, включая генерала Мохамада Резу Захеди, курировавшего тайные военные операции Ирана в Сирии и Ливане, и еще двух генералов. На протяжении веков дипломатические помещения пользовались особой защитой. Дипломаты получают иммунитет от судебного преследования в стране пребывания, а здания посольств часто рассматриваются как убежище – в них не может войти полиция страны пребывания без разрешения дипломатического персонала.

Поэтому нападения на дипломатические объекты имеют особый вес, как в законодательстве, так и в народном воображении. Но в данном случае, по мнению экспертов, Израиль, скорее всего, сможет утверждать, что его действия не нарушают международное право, защищающее дипломатические представительства. И вот почему.

Посольский комплекс находился не на израильской земле.

Дипломатические здания имеют право на широкую защиту от нападения или иного вмешательства со стороны принимающей страны в соответствии с международным обычным правом, кодифицированным в Венской конвенции о дипломатических сношениях 1961 года и Конвенции о консульских сношениях 1963 года. Статья 22 Конвенции о дипломатических сношениях гласит:

“Помещения представительства неприкосновенны. Представители государства пребывания не могут входить в них иначе, как с согласия главы представительства. Государство пребывания несет особую ответственность за принятие всех надлежащих мер для защиты помещений представительства от любого вторжения или ущерба и для предотвращения любого нарушения мира в представительстве или умаления его достоинства”.

Эти меры защиты остаются в силе, даже если посольство используется в преступных или военных целях. Принимающее государство может разорвать дипломатические отношения или лишить дипломатического иммунитета конкретных лиц и выдворить их из страны, но оно все равно должно “уважать и защищать” здания посольства и их содержимое даже после закрытия представительства.

Помещения консульств также неприкосновенны в соответствии со статьей 31 Венской конвенции о консульских сношениях. Особенно шокирующим примером того, как это может происходить, может служить тот факт, что после убийства журналиста Джамаля Хашогги в консульстве Саудовской Аравии в Турции в 2018 году турецким чиновникам пришлось ждать несколько дней, прежде чем им наконец разрешили войти.

Но хотя эти правила дипломатических отношений являются основополагающим принципом международного права, они фактически не имеют большой силы в случае с бомбардировкой Дамаска, говорят эксперты, поскольку в них говорится только об ответственности “принимающего государства” – в данном случае Сирии – и ничего не говорится об атаках третьего государства на иностранной территории.

“Израиль является третьим государством и не связан законом о дипломатических отношениях в отношении посольства Ирана в Сирии”, – говорит Аурел Сари, профессор международного права Эксетерского университета в Великобритании.

По словам Сари, принимающие государства обязаны защищать посольства от нападения, что теоретически означает, что Сирия обязана защищать посольство Ирана, если у нее есть такая возможность. Однако неясно, какие меры защиты можно было бы предпринять в этом случае.

На практике в международных отношениях существует строгое табу на нападение на посольства, говорит Марко Миланович, профессор международного публичного права в Университете Рединга (Великобритания). Но этот обычай шире, чем то, что международное право фактически запрещает, сказал он.

“Для Ирана уничтожение посольства или консульства символически воспринимается как больший удар”, – сказал он, – “чем если бы вы убили генералов где-нибудь в окопе”. Но, добавил он, “разница не юридическая. Разница – в символизме, в восприятии”.

Может ли нападение на территорию посольства нарушить
международное право иным образом?

“Посольства защищены от применения силы в вооруженном конфликте не потому, что они посольства, а потому, что они являются гражданскими объектами”, – говорит Юваль Шани, профессор международного права Еврейского университета в Иерусалиме. “Поэтому в принципе недопустимо нападать на посольство так же, как на школу”.

Однако посольство может потерять эту защиту, если оно используется в военных целях, как это происходит со школами, домами и другими гражданскими зданиями в военное время. Прежде всего, это пороговый вопрос о том, является ли сам конфликт законным: Международное право обычно запрещает применение силы против другого суверенного государства, кроме как в порядке самообороны. Представитель израильских вооруженных сил, контр-адмирал Даниэль Хагари, не подтвердил и не опроверг роль Израиля в нападении, но сообщил CNN, что удар был нанесен по “военному зданию “Сил Кудс”, замаскированному под гражданское здание в Дамаске”.

Один из членов Революционной гвардии, которая контролирует Силы Кудс, сообщил газете Times, что удар в понедельник был нанесен по встрече, на которой представители иранской разведки и палестинские боевики обсуждали войну в Газе. Среди них были лидеры палестинского “Исламского джихада”, группы, вооруженной и финансируемой Ираном.

Иран уже давно размывает границы между своими дипломатическими представительствами и военными операциями на Ближнем Востоке. Послов в Ираке, Сирии, Ливане и Йемене – странах, входящих в “ось сопротивления”, – выбирают не кадровые дипломаты, а командиры “Сил Кудс”, внешнего подразделения Корпуса стражей революции. В 2021 году Мохаммад Джавад Зариф, занимавший в то время пост министра иностранных дел Ирана, заявил в просочившейся записи, что внешняя политика Ирана в регионе определяется его полевыми военными операциями, а не традиционной дипломатией, которую устанавливает министерство иностранных дел. “Если удар был нанесен по лицам, участвующим в военных операциях против Израиля, в том числе через марионеточную вооруженную группу, то это, скорее всего, означает, что здание было законной военной целью”, – сказал Шани.

Израиль ведет многолетнюю теневую войну с Ираном, в ходе которой было совершено множество убийств иранских военных лидеров и ученых-ядерщиков. Иран также вооружает и финансирует ливанское ополчение “Хезболла”, которое обстреливает север Израиля и присутствует в Сирии. Согласно международному праву, атака должна быть пропорциональной: ожидаемая военная выгода должна перевешивать ущерб, наносимый гражданскому населению и гражданским объектам, включая здания. Посол Ирана в Сирии Хоссейн Акбари заявил в понедельник по государственному телевидению, что в результате атаки никто из мирных жителей не погиб.

Что же остается делать Сирии?

В данном случае Израиль применил силу против двух государств: Ирана, чей посольский комплекс и генералы стали мишенью, и Сирии – страны, в которой находилось посольство.

“Израильский авиаудар, нанесенный по территории Сирии без ее согласия, противоречил бы статье 2(4) Устава ООН, которая запрещает государству применять силу против территориальной целостности или политической независимости любого другого государства”, – говорит Сари, профессор из Эксетера. “Если Израиль не сможет обосновать любой авиаудар как акт самообороны, он будет нарушать международное право”.

По словам Шани, среди экспертов-юристов ведутся споры о том, как и когда закон о самообороне может оправдать нападения на территорию третьих стран. “Это вопрос международного права, в какой степени вы можете глобализировать свою кампанию и фактически перенести ее на территорию третьих стран”, – сказал он. “В какой-то степени глобальная война с терроризмом подняла аналогичные вопросы. В какой степени вы можете нацеливаться на военные объекты в третьих странах?”

Исток.