Когда в августе 1941 года финны отвоевали Сортавалу взад, то взяли в полон изрядное число красноармейцев. Многие сдавались сами. Подпись под этим снимком из архива финской армии гласит: Vangit kehoittivat kellariluukuista ampuvia sala-ampujia antautumaan.
То есть «Военнопленные призывают сдаться стреляющих из подвала.
Ну, куда там кто стрелял и стрелял ли вообще, мы не узнаем никогда. Но советские воины выступают такими лихими подбоченившимися коллаборационистами.
Эта фотография подписана так: Antautuva venäläislauma Peltokadulla klo 17.10. Sortavala. Пленные красноармейцы на улице Пелто в 5 часов 10 минут вечера. Сортавала.
Интересно, что радуются возврату города как финские вояки, так и советские пленные.
Попрактикуюсь ещё раз в финском. Iloinen kulkue valtauksen aikana (hanurinsoittaja on ryssä). — Веселое гулянье во время взятия города. Аккордионист — рюсся).
Тут нужно пояснить, почему не »русский«. Дело в том, что русский по-фински Venäläinen. А термин ryssä (рюсся) — уничижительное финское прозвище русских. «Рюсся», согласно финской этимологии, совершило замысловатый путь. Финское название Швеции, «Ruotsi», связано с названием Русь. Затем слово вернулось в Швецию в виде Ryssland (Россия) и ryss (русский). А оттуда в начале XVIII века — опять, в Финляндию, в форме ryssä и ryssäläinen. Изначально такое прозвище употреблялось по отношению к православному населению (большей частью этнически карельскому) восточных областей Шведской империи, а также областей Карелии, находившихся под контролем Русского царства (например, Олонецкой Карелии) и не имело никакого уничижительного оттенка. В частности, коробейников-карел, которые вплоть до первой половины XX века активно вели мелочную торговлю по всей Финляндии, называли laukkuryssä или reppuryssä (laukku, reppu — «короб»).

Распространению слова способствовало то, что в шведском языке, который никогда не терял ведущего положение в Финляндии, русских называли и называют по сей день словом ryss (стилистически нейтральным); в говорах западной Финляндии, на которые более сильный отпечаток наложили сопредельные шведские говоры, слово ryssä пренебрежительного значения также не имеет.
Как-то недавно я публиковал в ЖЖ подборку снимков о войне-продолжении и поместил среди прочего тот снимок с баянистом, что вы видите вверху. Один правоверный комментатор пытался меня уличить в клевете, говоря, что не мог быть баянист плепнным и на фото его не видно. Тогда я не мог найти фронтальной карточки этого баяниста. Сейчас могу.





Это интересная надпись — Tombolskilainen sotavanki. Sortavala 1941.10.05. Военнопленный из Тобольска в Сортавала 5 октября 1941 года. Только вот в названии г. Тобольска вставлена лишняя буква «м». Получилось, что он из Томбольска.









