dorvalois

Иногда в народе его звали «говённое» из-за канализационных стоков жизнедеятельности железнодорожного посёлка. Они текли сюда без всякой очистки, отчего караси в этом водоёме только жирели. Как 80+% жителей Северной Америки толстеют до безобразия из-за фастфуда и гиподинамии.

Оба верхних снимка (картину не считайте) сняты в конце 1800х или начале 1900х годов. Самая ранняя фотография озера Айранне относится к концу 19 века или началу века 20го. Точной даты, когда она сделана, не существует. Зато с другим снимком озера и устья или начала Ваккойоки произошла большая путаница по поводу его даты.

Почему я написал “устье” или “начало”? Потому что, как я уже говорил, речка могла течь как в Ладогу, когда там было воды поменьше, так и обратно, если уровень воды в самом крупном пресном водоёме Европы повышался. То есть устье и исток могли меняться местами в течение, скажем, месяца. На заглавной, раскрашенной мною фотографии этого поста воды так много, что, скорее всего это Ладога, через речку Вакко, наполняла озерцо. Теперь о фото, которое вы видите ниже.

Его сделал, если судить по вот этому музейному финскому сайту, некто Емели Кивирикко. И тут начинается такая ерунда, что я провёл чуть ли не час, чтобы выяснить, когда сделана эта фотография. На одном из постов этого сайта было обозначено: “1800-1900 luvun vaihde”, что по-фински означает “на рубеже 19 и 20 веков”. На другом, сразу за именем фотографа стоят даты 1900-1999, из которых можно было бы заключить, что фотограф Кивирикко прожил 99 лет. Но если он родился в 1900м, то как мог сделать карточку в конце 19 века?

Пришлось поискать информацию про Емелю нашего Кивирикко, и истина не заставила себя ждать. Емели родился в 1870м году и умер в 1947м, преподавал в сортавальской семинарии и изучал природу, в частности птиц. О нём также имеется короткая статья в Вики на финском. Теперь всё стало на свои места, конечно. Он вполне мог сделать снимок и в конце позапрошлого века, поскольку на рубеже веков фотографу было ровно 30 лет. Я привожу оригинальный снимок Кивирикко, но в традиционной галерее в конце поста вы найдёте и отретушированную фотографию.

В сегодняшнем посте я, естественно, буду главным образом рассказывать, как всегда это делаю, о “моём” Айранне, о том озере, с которым я познакомился впервые в возрасте лет шести, наверное. Но есть два момента в истории его окрестностей, которые меня не то что тревожили, но вызывали вопросы. Первый: где именно была расположена деревня Айранне?

То, что такое поселение существовало, документально подтверждается снимками Лиины Кантелл, датирующихся приблизительно 1910 годом. Лиина (1866-1945) была так называемым “деревенским фотографом” и тоже училась в сортавальской семинарии в Кюмёля, как Емеля.

Все четыре снимка помечены в качестве места съёмки как “Деревня Айранне”. На них изображены дети, кормящие кур, хозяйка (emäntä – слово запомнил лет 40 назад) у забора, торговец молоком и картошкой и мальчик с мамой, набирающие воду из проруби, наверняка из озера Айранне.

Но, как видим, по этим снимкам невозможно определить, где же находилась деревня. Об этом я буду говорить ниже.

Привоз воды в дер. Айранне

Набор воды из проруби в деревне Айранне.

В очень подробной и толстой книжке Краснолуцкого, которую я упоминал в каждой публикации о г. Сортавала, такая деревня или село, по-фински “кюля”, совершенно обойдена молчанием. Зато в архивных снимках финской армии есть две фотографии, датированные 11 августа 1941 года, где этот топоним упоминается. На одном из них мы видим кусок крыши дома, надо полагать, стоящего в этой деревне.

Сначала я подумал, что, судя по расположению строений на другом берегу озера, это поселение должно было располагаться, конечно же, у озера, но, возможно, сразу у южного склона скалы, пониже общественной больницы.

На этой фотографии начала 20 века, где-то справа должна она быть.

Но потом присмотрелся к снимку августа 1941, который надписан как Airanteen kylä, и пришёл к однозначному выводу, что фотограф, надписавший таким образом фотографию, всё-таки ошибся. Речь идёт об устье – истоке реки Ваккойоки. Месте, где мы купались в детстве. Вы его видели на предыдущих снимках. Солдат явно зачерпнул воду в два котелка из озера Айранне в устье реки Вакко.

К тому же, как мы видим, склон справа пологий, а не такой, как у обрывистой скалы на южной стороне парка.

Второй вопрос, который я не раз себе задавал после того, как были обнародованы архивы йинской армии, касается местонахождения так называемого “поместья Айранне”. Когда я употребляю слово “поместье”, то тут происходит то же самое переводческое несоответствие, что и со словом linna, означающим “крепость, замок”.

Airanteen hovi (Поместье Айранне)

Под тремя фотографиями, сделанными 11 и 14 августа 1941 года, то есть когда финны вернули себе город, стоит надпись Airanteen hovi (Поместье Айранне), но на самом деле мы видим не большую резиденцию, а обычный дом с надворными постройками. Но не будем углубляться в лингвистику. Нам гораздо важнее понять, где этот hovi стоял.

Я долго не мог ответить на этот вопрос. Понадобилось провести часы над финскими картами и сайтами. Но "поместье" нашлось. Я обвёл название красным.

Как можно видеть на этом фрагменте карты 1925 года, поместье, да и вся деревня, находидась прямо напротив парковской горы. Условно - супротив старого трамплина. В 2016 году я снял это место телеобъективом 18-270 мм с другого берега озера.

с другого берега озера.

Снимков с дрона хороших я в сети не нашёл. За исключением одного, сделанного каким-то финном в 2019 году. Место, где располагалась "Деревня Айранне" находится на снимке справа.

Определившись с местонахождением Airanteen hovi и Airanteen kylä, я думаю исчерпал историческую часть, относящуюся к озеру и, с вашего позволения, перейду к воспоминаниям о детстве.

Помню, что однажды отец с дедом (он на снимке с женой Федосьей примерно в 1920х годах) принесли в дом на улице Спортивной двух щук.

Огромных совершенно.

Мне казалось, что они были больше меня в длину, то есть если бы, допустим, я лёг, вытянувшись в полный рост, то есть во все свои метр с кепкой, на стол, где они лежали.

Эти две рыбины остались в моей ребяческой памяти, как абсолютно разные – одна чёрная, а другая белая.

Потом-то я сообразил, что просто одна их них лежала на кухонном столе тёмной спиной, а другая – белым брюхом.

Впрочем, скорее всего, пойманы они были в сети, потому что вытащить таких рыбин на спиннинг было сложно, если не сказать, что невозможно – каждая была килограмм по десять.

А может, они и забили острогой тех щучек; эту браконьерскую процедуру я тоже освоил потом, лет в десять-одиннадцать отроду. Те две щуки, которые оставили такой большой след в моём детском восприятии, вполне могли быть пойманы в сеть на озере Айранне или в Хелюльском озере.

Продолжение с огромным, больше сотни точно кол-вом фотографий, читайте в моём блоге.

Сортавала. Озеро Айранне.