dorvalois

Белка, которая во-французском языке мужского рода (un écureuil), что доставляет много проблем изучающим язык русским (да я и сам порой под влиянием интерференции путаю род или мешкаю, прежде, чем произнести это слово на французском, на котором мы много говорим в нашей маленькой семье), когда ей холодно, накрывается хвостом. Он у неё служит шубой и демисезонным пальто (сразу три французских слова в двух русских).

Когда она передвигается по скользкому кабелю на высоте нашего окна на третьем этаже, она совем не боится высоты и не страшится прыгать по этому кабелю.

А если я вижу белку, бегущую по проводам или карабкающуюся на головокружительную высоту, то всегда вспоминаю аптекаря Омэ и Мадам Бовари:

...Sot! disait-il; petit sot, vraiment! Sot en trois lettres! Grand’chose, après tout, qu’une phlébotomie! Et un gaillard qui n’a peur de rien! Une espèce d’écureuil, tel que vous le voyez, qui monte locher des noix à des hauteurs vertigineuses!

Белке, которую вы видите на снимке, тоже предлагались «де нуа», которые совсем не надо было «лоше» - они были даже очищены, но она не захотела взобраться на подоконник кухонного окна, как некоторые её сородичи делали уже, правда не зимой.